От редакции. Данный текст прислал один из посетителей нашего сайта в ответ на статью Дмитрия Катаева "Покушение на обрезание".

Можно найти много способов противодействия уплотнительной застройке. Предложенный автором способ, по всей видимости, является одним из самых сомнительных.

Для начала надо заметить, что опасения Дмитрия Катаева вряд ли имеют под собой глубокие основания. Лужков, конечно, может хотеть много, но реформа, создавшая новый жилищный кодекс, согласована со структурами вроде Международного валютного фонда. И вряд ли Лужкову позволят легко и просто ее отменять. С другой стороны, большинство проводившихся в России с начала "перестройки" реформ (и уж жилищная реформа - несомненно) имели один результат - в жизни становилось больше дикости. Поэтому способствовать реализации планов "реформаторов", под любым, даже самым благовидным предлогом - это по определению не слишком хорошая идея.

Самый лучший способ поведения по отношению ко всем социальным реформам - решительное противодействие. Если же нет сил и средств для этого, то следует хотя бы бойкотировать в меру возможности все процедуры и действия, предлагаемые реформой. Подобный саботаж неплохо срабатывает в случае пенсионной реформы. Реформаторы уже не первый год ломают голову, как все-таки запустить в действие частные пенсионные фонды, куда граждане не торопятся переводить деньги. И в реформе ЖКХ не слишком высокое рвение граждан по выбору управляющих компаний позволяет пока существовать привычным, и при всем довольно неплохо себя зарекомендовавшим ДЕЗам.

Автор же предлагает, в качестве главного вывода ко всем высказанным в статье соображениям - "Землю надо требовать срочно и в массовом масштабе!" Дмитрий Катаев считает, что надо жить при тех законах, и в соответствии с теми законами, которые есть. Но законы перинимаются и отменяются, а вот с оформленной собственностью корректировать перегибы оголтелых либеральных реформ будет намного труднее. То, что большинство жителей поддерживает перевод придомовых участков в свою собственность - это не удивительно. Это по прежнему срабатывает известная схема мышления - пока дают, надо брать. Поэтому и либеральная реформа по приватизации жилья была такой "добровольной и массовой", хотя ее "бесспорность" вызывает большие сомнения. Достаточно вспомнить, сколько людей по тем или иным причинам потеряли свои квартиры после приватизации. Кроме того, приватизация квартир способствовала прекращению строительства социального жилья. Может быть, для этого она и замысливалась.

При этом не всем, вероятно, хочется понимать, что вместе с правом собственности они получат и множество проблем, с ней связанных, а главное - что жители всех остальных домов тоже получат в собственность свою землю. И город окажется поделенным на участки, каждый из которых его владельцы станут ревностно беречь от "чужаков". Объекты (дома, дворы), находящиеся в коллективной собственности множества людей с разными взглядами, интересами, образованием, воспитанием и т.п., случайным образом собранными в одном многокваритрном доме - это в основном источник скандалов, разборок и выяснения отношений. Это не то же самое, что коллективная собственность на средства производства, где люди объединены, по крайней мере, профессиональной солидарностью. В сфере же жилья лучше всего в таких условиях живется тому, в ком больше хамства. Про то, как не в меру предприимчивые граждане, захватив правления товарищества собственников, могут использовать их в своих личных интересах, в результате чего "самая надежная защита" превратится в свою полную противоположность, говорилось много. "Собственность на землю" - говорит далее автор - "это право собственников на новое строительство, т.е. полная юридическая и экономическая возможность улучшить свои жилищные условия". Можно попытаться представить, как эти собственники-жильцы будут создавать "корпорацию развития микрорайона". И не очень понятно, чем предложенная хема отличается от уплотнительной "комплексной реконструкции микрорайонов", от которой автор предостерегает здесь же. И в том, и в другом случае новая застройка плотнее предыдущей.

Но это еще не все. Дальше будет примерно следующее. Городские власти и муниципалитеты, естественно, снимут с себя обязанности по благоустройству территорий. Собственно, для этого новый жилищный кодекс и создавался. Значит, все работы по благоустройству будут вынуждены проводить сами жильцы (самостоятельно или при помощи нанятых работников). Теперь идете вы, например, по городу, устали ноги, хочется отдохнуть. Стоит скамейка. Но если сесть на нее, то тут же выскакивает кто-то из наиболее "активных" жильцов, и начинает кричать, что они не для того ставили за свои деньги скамейку, чтобы на ней всякие разные сидели. Или, еще лучше, минут через пять приезжает милиция или частные охранники, вызванные всё теми же "активными" жильцами, хватают вас, и везут в отделение, составлять протокол о неправомерном пользовании чужой частной собственностью.

Другой пример - детские площадки. В детской среде конфликты на почве "это наше, а не ваше" протекают намного сотрее и болезненнее. И подобных конфликтных моментов возникнет множество. И никакие сервитуты особенно не помогут. Автор, вероятно, чтобы скрасить картину, говорит: надо "принять закон города, упорядочивающий строительство заборов, в частности, запрещающий делить заборами общие дворы". А как же быть с заборами вокруг дворов? Их трудно запретить в рамках либерального порядка. Так и будем жить в городе, как в зоопарке, отгородившись друг от друга клетками?

Выводы, поэтому, видятся такие: Земля должна быть в собственности города, а власть в городе - под контроллем граждан. Требовать в массовом масштабе надо власть, а не землю!

Олег Савельев